Кто-то считает любовников,
Я считаю котов.
У меня было двое.
Привязанность и любовь.
Один ушел, другой умер.
Третьего не дано.
Много ли о них думаю,
Все равно…

Кто-то считает комнаты,
Я – часы пустоты.
У меня его много –
Времени у черты.
Чтобы за ней остаться
И времена поделить,
Вопросами задаваться:
«Как я жила?», «Как жить?»

Наталё

Обычная сорная трава чуть колышет своими колкими длинными листьями -  это ветер. Я смотрю и не могу отвести взгляда. Я вспоминаю, как ветер проникает в плетеную шляпу мою и перебирает волосы. Вот так же, как эту траву. Ветру мы одинаковы. Он похож на бога и потому не делает между нами различия.  У меня мягкие белые руки, трава помнит загорелые мозолистые ладони моей прародительницы. Ветер говорит, что время совсем не имеет значения. Вот трава – одна и та же, что и двести лет назад. Вот я, одна и та же. Какой я была, ветер? Ну же, напой, я просто немного забыла. 

Анна Крылатко

        "Пойманный за лапку
        суетливый зверек
        Ушел обиженно в угол..."
                                   (весна, '96)
Кот постарел
на 33 весны,
Не водит с холодильником
интрижки,
Грустит глазами
и заглядывает в сны,
Где носит модную
приглаженную стрижку.
Он стал ворчлив
и резок,
И блюдёт
Свою свободу личного
пространства,
А я смотрю
на этот странный год,
Где постоянны
дни непостоянства.
... Кот постарел
на 33 весны,
Я  - повзрослела
на десяток вёсен.
Всё так же кружит ветер
между сосен,
И полосы всё так же
не ясны.

                   Наталё